Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: текст (список заголовков)
22:13 

Пунктир

Earthling
Огонь

«-Вас пригласят в ближайшее время, — пообещал охранник и оставил его одного. Он полистал какие-то бизнес-журналы, обнаружил у окна кофейник с вполне себе горячим кофе (откуда?) и пару чашек, рассмотрел барельеф. Наконец, спустя двадцать минут с тихим звонком дверь в кабинет открылась сама, и он, оставив чашку с кофе на столике, несмело прошёл дальше.
Много чего можно было ожидать от кабинета, но только не этого – огромной равнины с редкими травами, тёмными валунами и встающими далеко на горизонте сизыми горами, глубокого, бледно-голубого неба и холодного северного ветра. Ему бы оробеть или даже испугаться, но он, напротив, пережил странное чувство возвращения домой.
Он обернулся и не удивился, обнаружив вместо двери большой жёлтый шатёр с развевающимся алым флагом – цвет крови, цвет ярости. Ему стало весело, и он откинул полог шатра и вошёл.
Вот, наконец, и стол хозяина кабинета – выкорчеванный и обтёсанный пень векового дуба, на столе – примитивная карта, и сам хозяин склонился задумчиво над ней. Жаль, хозяина трудно разглядеть, он всё время меняется: то слеп на один глаз, то шрам у него на правой щеке, а то и на левой, и рук и две, и четыре, и все восемь бывает, то волк рядом с ним, то ворон, то страшная зубастая тварь, похожая на двуногую ящерицу. То в доспехах он, то в форме, то в набедренной повязке, то копьём вооружён, то мечом, а то и вовсе – камнем. Лишь одно остаётся неизменным – тяжёлый, пронзительный взгляд, в глубине которого живёт сияние тысячи солнц.
Хозяин посмотрел на него и спросил:
-Почему ты здесь?
-Я прибыл на зов, — ответил он, почти не задумываясь. Похоже, так и было.»
Вода

«Когда-то он купил на барахолке этот комод для их будущего дома. Странно начинать с комода, но так уж получилось. Открыв верхний ящик, он стал доставать по одной вещи: первой лежала самая простая ракушка, чего уж банальнее. Лучше бы привёз красивый камешек, и то было бы больше толку. Он нежно погладил ракушку, она такая маленькая, что и моря-то в ней особо не услышишь. Зато подобрана там, где она родилась.
Потом был малахитовый браслет, массивный, с крупными звеньями. Та ещё тяжесть. Но она любила такие штуки, а ещё у неё была привычка вертеть кольца, браслеты, снимать их и надевать обратно, когда она чувствовала себя не в своей тарелке. Этот вот сняла и забыла надеть, и было это в день их первой встречи. Не свидания, нет, а именно встречи, настолько невозможно случайной, что проще поверить, что её не было.
Пожелтевший лист бумаги с её автографом, она смеялась, когда он попросил её об этом, мол, нашли знаменитость. Это правда, он едва слышал её имя, почти ничего не знал о её творчестве, как в шуме миллионов кого-то расслышать? Но ему очень хотелось получить её автограф. Было в этом, почему-то, нечто очень личное.
Обручальное кольцо. Тут всё просто. Он отложил кольцо подальше, стараясь не смотреть. Покупать его было страшной глупостью.
А теперь – письма. Его письма к ней. Все написаны на листах из одной и той же, давным-давно купленной пачки со слащавым вензелем из двух сердец. Толстая была пачка, да. Сегодня, пожалуй, он напишет ещё одно.
Он прихватил чистый лист и вернулся за стол. Начал писать:
«Здравствуй, прости, что давно не давал о себе вестей...»
Воздух

«Проходили годы, жизнь в общине почти не менялась, а за стенами их дома происходили странные вещи. Кто-то начал войну, кто-то подавил восстание, кто-то затеял революцию, но всё это оставалось незамеченным. Всё это было не здесь, а далеко-далеко.
И надо сказать, что дело было не в образе их жизни, просто в мире давно уже мало кто обращал внимание на то, что происходит с его соседом. Отдельность стала нормой, погружённость в себя стала последней жизненной философией человечества.
И когда чёрные нити пожаров потянулись вместо транспортно-сосудистой сети, когда странные оборванные люди, взявшиеся будто из ниоткуда, сбивались в стаи, когда падали небоскрёбы и расходилась земля над электропоездами, мало кто понимал, что всё это происходит совсем рядом.
Они тоже не понимали, что уже доносится из леса запах горящей смолы, что вода в ближайшей реке стала горькой, что чёрные тучи на небе – вовсе не плотные облака. Пока однажды ночью из леса не вышли те, кто объяснил им это всё наглядно.»
Земля

«Прошла неделя, и погода испортилась. Это навело её на мысль, что нужно найти настоящее убежище, и вскоре ей такое попалось – в корнях большого упавшего дерева. Она расширила яму, вытоптала её и выстлала ветками. Перетащила туда свои немногочисленные вещи. На самом деле, они вскоре стали ей не так уж нужны, ну кроме спального мешка. Огонь она не разжигала ни разу, карта здесь была бесполезна, а ножом она почему-то со временем перестала пользоваться. Если ей нужно было, например, снять кору с дерева, она теперь предпочитала делать это ногтями. Это казалось проще и легче.
Шло лето, она жила лучше, чем ожидала поначалу. Ей не бывало скучно, хотя, вроде бы, ничем особенным она не занималась. У неё всегда были еда и вода, а ещё она нашла небольшое озеро, в котором с удовольствием плавала, и единственное, что доставляло неудобство – редкие воспоминания о прошлой жизни. В такие минуты к ней приходил страх, и она снова думала, что всё-таки что-то с ней не так. Но потом успокаивалась.
Когда наступила осень, а с ней пришли холодные и дождливые дни, она стала мёрзнуть и чаще просто сидела в своём убежище, забравшись в спальный мешок. Она даже пару раз подумала, что пора выходить из леса, но потом всё как-то снова стало нормальным: погода ухудшалась, а ей становилось всё теплее. Она гладила короткий мех на своих руках и ногах и думала, что, кажется, раньше выглядела как-то иначе, но впрочем, это ведь не наверняка? Она не помнила точно.»
Равновесие

«Сколько можно совершать одну и ту же ошибку? И с этой мыслью Элла делает шаг назад. Несётся мимо неё Вселенная, и она снова оказывается на пороге книжного магазина.»

всё остальное

@темы: ссылки, текст

22:10 

Про графоманскую долю и про то, что важно, а что нет

Earthling
«В качестве ролевой модели я выбрал Нила Геймана. Хотел бы я сказать, что с этого всё и началось.
Увы.
Началось всё намного раньше. Да, это клише, зато правда.
Писателем я хотел стать с детства. Родители называли меня «ушибленным». Школьная подружка говорила, что лучше бы мне быть бандюком (рос я в 90-е, как вы тут же догадались), но я точно знал, кем хотел быть.
Однако – как-то не складывалось.
По литре у меня была стабильная тройка, но ею я даже гордился: школьные сочинения – не та тема, за которую люди становятся пушкиными и толстоевскими, других столь же известных авторов я тогда не знал. В школьные учебники я планировал попасть другим способом и, сидя на задней парте, писал душещипательные истории Одиночки – главного героя моего тогдашнего времени.
У Одиночки были один глаз, шрам в пол лица, катана и тёмное прошлое. В детстве у него убили родителей, сестру и всех соседей по деревне, поэтому бедняге пришлось стать ниндзя. Уверен, вы слышали о таких историях. Они всегда заканчиваются плохо. Вот и я знал, что однажды Одиночка падёт в неравной схватке с легионами тьмы, но до этого его ждали невероятные приключения.
Жаль, впоследствии при моих многочисленных скитаниях по съёмным квартирам те истории потерялись, канули среди обёрточной бумаги и обрезков шпагата.
[...]
Какое-то время я добросовестно пытался представить, что б я делал и чувствовал, будь я Нилом Гейманом, но дальше подсчёта гонораров дело не шло. То есть я не думал, что это было всё, чем Гейман занимался, он же должен был, как минимум, есть и спать, но ничего в голову не лезло.
Я разозлился, взял какой-то огрызок бумаги, нащупал в ящике карандаш и стал писать сочинение на тему: «Если бы я был Нилом Гейманом….», только почему-то не от своего имени, а от лица какой-то школоты
«Если бы я был Нилом Гейманом, — писал тринадцатилетний пацан, — я бы скупил в Стиме все игры и подарил бы себе, то есть мне – Васе. А потом бы я пошёл к своему знакомому голливудскому режиссёру и заставил бы его снять меня, Васю, в фильме «Железный человек – 7». И чтобы у меня был костюм, который летал».
Я потряс головой и начал заново:
«Если бы я была Нилом Гейманом, — писала девица, вступающая в пору полового созревания, — я бы соблазнила Джонни Д. А потом написала бы об этом фанфик. И чтобы Джонни был бы как будто капитан Джек Воробей, а я – как будто…»
Я рассвирепел и бросил карандаш в стену. Ясно одно: я бездарен настолько, что даже тупое упражнение в тупой книжке сделать не могу. Куда я лезу вообще? Кто я такой? Даже карьера литературного негра мне не светит.
[...]
Это был сухощавый, немолодой человек со шрамом во всю левую щёку, один глаз у него был затянут бельмом, а второй смотрел внимательно, цепко, изучая и запоминая каждую деталь во мне. Одет человек был в чёрное трико и какую-то робу, слегка смахивающую на короткое кимоно.
-Занзибу? – произнёс человек, и я вылупился на него как барашек на новые воротца.
-Занзибу? – настойчиво повторил человек. – Это ты?
Ах да, я ведь не сказал вам, что в детстве придумал себе дурацкий псевдоним. И, разумеется, этим псевдонимом был «Занзибу».
В моей голове поехали маленькие паровозики, издававшие жалобные и протяжные «ту-у-у-и! ту-у-у-и!»: если я – Занзибу, то этот мужик с одним глазом – Одиночка собственной персоной, иначе и быть не может. Я открыл рот, чтобы высказать это предположение, а может и выругаться, но вместо этого меня стошнило зелёным желе.
Меня рвало и рвало, пока всё желе не покинуло мой желудок навсегда, а Одиночка невозмутимо наблюдал за этим. Под конец он одобрительно заметил:
-Хорошо. Твоё тело само избавилось от дивергента. Теперь охотник нас не отследит.
-Что? – спросил я, вытирая рот рукавом толстовки. – Кто? Да, Занзибу – это я.»

читать больше

@темы: ссылки, текст

22:12 

Earthling
Когда я выиграю, я напишу посвящение.
Тем, кого это касается.
Тем, кто даже не думал, что так бывает.
Когда я выиграю, я расскажу правду.
Правда - это всё, что у вас есть, скажу я им.
Бросайте делать то, что делаете, на улице снова ледяной ветер.
Этот ветер пронзает сердце насквозь.
И после этого ты начинаешь видеть что-то ещё.
На улице мёртвым грузом лежит снег.
На улице - Южный полюс.
Когда я проснусь, я напишу тебе письмо.
Я расскажу, что же это всё значило.
Я нарисую нить в лабиринте.
Когда проснусь.

@музыка: Аквариум - Обещанный день

@темы: я, тихая радость, текст, полёт навигатора по великой степи, такое вот

01:26 

Сегодня

Earthling
Ты просыпаешься только с одной мыслью: случится что-то хорошее. Где-то хрустнет и сломается причина стеклянной стены между тобою и небом, и заветное желание как ручей проложит себе новое русло.
Сегодня случится что-то хорошее; это так же верно, как то, что вода мокрая, а небо синее. И час проходит за часом, и приближается время волшебства.
Ты пройдёшь дорогой такой знакомой, что ты уже не помнишь названий улиц, по которым идёшь, но каждый дом на них в твоих глазах давно приобрёл своё собственное лицо. Свой характер, свою историю; они не твои друзья, эти дома, но они хорошие знакомые незнакомцы. В случае чего они придут к тебе на помощь.
Час волшебства всё ближе. В тёмной комнате с окнами от пола до потолка, в комнате, куда как в зеркало смотрятся звёзды, чтобы разглядеть в очертаниях людей свои судьбы, ты призываешь всех богов нового и старого мира, и они приходят.
Сегодня ещё не закончилось. Осталось ещё время, чтобы случилось что-то хорошее, - так ты думаешь.
Но та, кто творит судьбы, не знает, что твой долгожданный день должен быть именно сегодня. Она заберёт у тебя все шансы, она знает своё дело, она режет нити направо и налево, и путает их концы, чтобы теперь люди не могли просто так отыскать друг друга в круговороте времён. Ценно лишь то, что достаётся не просто так; ценно лишь то, чему придана наивысшая ценность.
Ты ещё ждёшь: сегодня случится что-то хорошее. Ещё есть время до полуночи, ещё есть.
И в улыбке той, кто творит твою судьбу, тебе мерещится тонкая издёвка; но это не так: она ждёт тебя больше, чем ты ждёшь её. Но никогда не скажет тебе об этом.
Сегодня случится что-то хорошее. Ещё несколько минут в запасе.
И ты - ждёшь.


А всего-то и нужно: перестать ждать и сделать этот шаг.

@темы: полёт навигатора по великой степи, такое вот, текст

12:37 

Как у Данте

Earthling
Я тут принялась снова переписывать (перепечатывать) один из старых текстов (последний из них!), снова - это после двухгодичного, что ли, перерыва.
Потому что ну надо же это наконец-то сделать, и ещё потому что я опять заболела, а, видимо это уже традиция моего мозга, когда я начинаю болеть, я тут же придумываю, как всё там во Временной Петле устроено, и какие-то вещи встают на свои места. Ну вот и до него дошла очередь. "Первый пришёл, последний ушёл" (с)бухучёт
Он действительно был первым.
Из его первородства вытекают многочисленные последствия, начиная с того, что многое с тех пор изменилось, в том числе и моя манера писать, а главное, мои представления о том, как говорят живые люди и как вообще жизнь устроена, и заканчивая тем, что а сейчас у меня уже есть компьютер. Да, весь тот текст, трижды переписанный, существует на бумаге.
Вчера, после бодрящего оценочного утра, я занялась разбором тех бумаг - конечно, за два года я подзабыла, какой там ад, и что всё перепутано, и трижды три раза перечёркнуто, и на разных листах с повторяющейся нумерацией дописано.
Ладно, вроде спустя полтора часа я восстановила порядок страниц. И обнаружила, что и в этом аду есть своё ледяное озеро Коцит. Вот такое:

107

И теперь я с ужасом жду с ним встречи.

@темы: я, безумие, текст, полёт навигатора по великой степи

12:07 

Earthling
Поскольку сейчас у меня настроение, когда хочется кого-то убить или самоубиться, или сломать что-нибудь, или что-нибудь кому-нибудь сказать так, чтобы у него что-то сломалось (кстати, нет желающих помазохиствовать? :D), то самое время что-нибудь написать.
Немного спойлеров для себя.

"-...Представь, что есть человек, с которым вы любите друг друга настолько сильно, что готовы начать новый мир. Настолько ты любишь его, что готова начать с ним новый мир. Ты хочешь, чтобы над вами раскинулась арка из десяти славных кубков, чтобы вы держались за руки, чтобы впереди возник дом вашей мечты среди живописных холмов... Твоей мечты дом. И вы проходите через Зеркало.
И вот вы по другую сторону: туман стелится по земле среди сухих трав, нет ни Солнца, ни Луны, но только светящиеся сумерки и холод, и вокруг бродят тени. Почуяв вас, они устремляются к вам, и вы бежите через портал назад... Но попадает в никуда.
Это не ваш мир, это чистое, пустое, светлое место. Вы в петле времени, что ж, у вас есть туз в рукаве, у вас есть Ключ. Он всегда выведет вас, он позволит закончить игру. Вот только для этого в новом пустом мире нужно построить лабиринт, чтобы пройти к его центру. Казалось бы, чего проще, что-нибудь на скорую руку, какой-нибудь простецкий мирок из двух сцен и трёх действий, но нет: Ключ строит маршрут с огромным количеством переменных, длинной в жизнь целой Вселенной. Ещё одна Вселенная в Мультиверсуме, но совершенно искажённая, имеющая цель своего бытия. И пока ты пытаешься осознать это, ты вдруг понимаешь, что осталась одна. Того, кто был с тобой, нет. Есть лишь его разум, сознание, бесконечное и древнее, хотя этот мир ещё даже не существует. А потом ты чуешь кого-то ещё: в стороне стоит существо, которого ты раньше не видела, а у его ног - сброшенная оболочка твоего любимого. И вокруг уже возносится новый мир...
Сага закончила, а Эл продолжает:
-И ты, наконец, осознаёшь, какой глупой была надежда на то, что Зеркало может очистить его безумие. Зеркало лишь дало безумию форму."

@темы: безумие, текущее, текст, полёт навигатора по великой степи

18:16 

Что это было

Earthling
Прежде чем начать эти трейлеры, нашла самый первый пост, с которого начался текст. Июль 2004. 9 лет на 350 тыз, я такая улитка. :)

Тем не менее: "Я не знаю" - сказка о десяти людях, в девяти частях с прологом и эпилогом.

@темы: новости, полёт навигатора по великой степи, ссылки, текст, тихая радость, я

00:36 

Трейлер ЯНЗ. Эпилог

Earthling
«[...]Я не знаю… Я знаю… Я помню. [...]»

@темы: текст

23:43 

Трейлер ЯНЗ. Одиночка

Earthling
«[...]Ложь. Я знал. Я переслушивал эту запись несколько раз, и каждый из них отчётливо слышал, как лживо звучит мой последний ответ. И не понимал, почему доктор не понял этого. Или понял, но не подал вида? Ему был нужен мой ответ, а не то, правдив он или лжив. Он в принципе знал, с кем связывается, знал обо мне многое, несомненно.
А я в свою очередь знал, почему был там: в том доме, с теми людьми. Я шёл сюда с одной только целью, с самого начала я знал, чего жаждет моя душа и, кажется, жаждет, мой "сосед" по телу. Удивительно, но иногда я слышал его, иногда он разделял мои чувства.
И меня, и его уже много лет мучает одна и та же жажда.
И прослушивая своё первое интервью с доктором, я невольно возвращался к тому моменту, когда, должно быть, эта жажда и зародилась во мне… в нас.
Я возвращался в детство.

Я родился "растением", конечно же, но узнал об этом лет в десять, первым, до того, как о чём-то успели догадаться родители или учителя. Я услышал, как за стеной из чёрного стекла в моей голове кто-то шевелится, и хотя знал о "растениях" по-настоящему очень мало - и основным источником этих сведений были городские легенды, я почему-то сразу понял, что это означает. И я помню: я совсем не испугался. Я стал ждать, что же будет дальше.
"Чужой" подавал пока только слабые признаки жизни; как маленькое медлительное животное, он ворочался во сне, иногда почти просыпаясь и неторопливо потягиваясь, но снова впадая в дрёму. Стена чёрного стекла содрогалась от этих спокойных мирных движений. [...]»

@темы: текст

19:50 

Трейлер ЯНЗ. Судья

Earthling
«[...]Всё началось со случайного замечания, нескольких слов, оброненных в дружеской беседе.
Тогда судья (на самом деле, он ещё только должен был стать судьёй, сам он пока не знал об этом) заметил, что в глазах его друга промелькнуло удивление, но разговор был слишком лёгким, чтобы надолго задерживаться на какой-нибудь теме. Пока друг судьи успел осмыслить услышанное, беседа уже свернула в ином направлении.
Но друг не забыл эти несколько слов, и судья и не ждал от него такой забывчивости. Он понимал, что проговорился, и только вопросом времени оставалось неизбежное раскрытие его тайны.
А время это затянулось. Друзья закончили университет, разошлись - один в интернатуру, другой - в аспирантуру, встречались теперь, конечно, реже, но отношений не прекратили. Их дружба перешла на тот этап, который так знаком многим слишком взрослым людям: вы можете не видеться месяцами, но каждый из вас знает, что вы по-прежнему близкие друзья.
В общем, прошли годы - больше десяти лет минуло, но судья помнил о том, что в голове его друга, где-то в глубине памяти, на тех старых, пыльных полках, куда ложатся редко используемые воспоминания, всё ещё хранится давний разговор, обмолвка - ключ к разоблачению. И судья просто ждал, когда же наконец будет поставлена в этом деле точка, и дождался.
Однажды, в очередную встречу "раз в полгода", когда речь зашла о былых деньках, те странные механизмы, что отвечают в человеческой голове за воскрешение давно забытого, путём сложных ассоциаций вернули друга судьи, доктора на двадцать шесть лет назад, в далёкий, давно затерявшийся среди сотен других день. И доктор вспомнил те несколько слов, а судья понял это и замолчал, прервав разговор на середине.
Они посидели молча несколько минут, но потом доктор всё же задал опоздавший на двадцать шесть лет вопрос:
-Так ты "растение"?
-Да.
И они снова помолчали.
Доктор был специалистом по "растениям"... [...]»

@темы: текст

14:54 

Трейлер ЯНЗ. Школьный библиотекарь

Earthling
«[...]"В размытости сдвинутого по кругу объектива - женщина в чёрной пачке и чёрных лосинах, с голой грудью, растрёпанными волосами; её движение - яростное, резкое, энергичное, навечно поймано снимком; её глаза - глаза шута, обведённые ромбами чёрного грима. Её жизнь - яростное бегство мухи, застывшей в янтаре навечно, пока тепловая смерть не погубит известную нам Вселенную. Из этого движения нет выхода, а значит, в него не было и входа".
Не секрет, что маленьких детей, особенно младенцев, приёмные родители берут охотнее. Из таких проще вырастить свои почти генетические продолжения. Так всем кажется, по крайней мере.
Елена была из тех младенцев, на которых так и не нашлось достаточного спроса. Она была очень милой, почти как с картинки, и вызывала бессознательное умиление у большинства видевших её взрослых, но дальше эмоций дело так и не пошло. Смешно было бы говорить о том, что люди чувствовали, кем она станет, ничего они не чувствовали; уж лучше сказать, что на ней было клеймо невезучести. Это тоже не вся правда, но подойдёт в качестве объяснений.
Елена осталась во втором городском приюте.
Это место её возненавидело. Нет, не люди - взрослые или дети, именно место. С научной точки зрения - ерунда, что у домов есть характер, но втайне же все в это верят. И не напрасно: слишком часто на то и похоже, что что-то происходит в домах с их собственной подачи: кого-то они любят, а кто-то так и не приживается. То же и с городами, и даже со странами. Обителью второму городскому приюту служил старый-старый дом, и у такого уж точно должен был быть свой нрав.
И Елена дому как раз пришлась не по нраву. Начал он с того, простудил малютку на сквозняке из-за отломавшейся ни с того ни с сего оконной задвижки. Так дальше и пошло: много лет ещё, если прохудилась половица, если рассохлась дверь, если ножки дряхлого стула наконец-то треснули, если отрывались крючки, разбивались вазы или даже шёл дождь в чей-то день рождения, то всегда именно Елене доставалось от этих происшествий. Дом простужал, обжигал и ронял её столько раз, что это даже перестало быть удивительным и просто стало привычным. За ней закрепился образ неловкой и рассеянной особы, но она такой не была - она такой стала из-за вредности дома.
В самом раннем детстве, как уже говорилась, Елена была очень милой маленькой девочкой, которая всегда всем нравилась. Она дружила со всеми, её любили даже старшие дети, ей неосознанно благоволили воспитатели. Казалось бы, так должно было идти и дальше. [...]»

@темы: текст

10:47 

Трейлер ЯНЗ. Аристократ

Earthling
«[...]-Да, личное дело, о котором я говорил… - Леонид раскрыл сумку с документами. - Некоторое время назад ко мне приходила полиция. Они расследовали смерть одного человека, о котором я никогда не слышал раньше. Тем не менее, у него оказались мой адрес, мои телефоны.
-Любопытно, - сказал Ричард. Леонид посмотрел на него: лицо Мендоуза и в самом деле выражало заинтересованность.
-Как я сказал, я не знал ничего о нём. Или не мог вспомнить этого. Я нанял частного детектива.
Ричард кивнул:
-В первый момент я подумал, что пришли за этим ко мне, - его глаза хитро блеснули. - Я был бы рад помочь вам в этом деле.
-Боюсь, о том, что Ричард Мендоуз имеет отношение к этой истории, я узнал значительно позже, - невольно улыбнувшись, ответил Леонид. - Когда мой детектив вычислил вас по этим данным.
Он отдал Ричарду одну из папок.
-"Аристократ", - протянул тот, взглянув на обложку. - Конечно, я бы предпочёл "Сыщик-любитель экстра-класса". Так это обо мне?
-Да. И здесь вещи, которые никто кроме вас не смог бы рассказать. Мне так кажется.
Ричард развязал трогательные потрёпанные верёвочки и раскрыл папку. Он быстро пролистал бумаги, пробегая глазам строчки. Его лицо оставалось невозмутимым, но Леонид почувствовал, как меняется его настроение. В каждой из этих папок была информация, которую люди не хотели бы выносить на публику. Леонид прекрасно помнил, какой эффект произвела на него папка, что была посвящена ему самому.
-И ваш детектив не выяснил, откуда это у того человека… кем он был?
- Третьяков Шор Ксанович, врач-психиатр, когда-то специализировался на "растениях", но официально уже давно отошёл от дел, - ответил Леонид. - Нет, не смог. И сейчас я делаю единственное, что пришло мне в голову, - пытаюсь найти того, кто вспомнит Третьякова.
-Боюсь, я тоже о нём никогда не слышал, - сказал Ричард. - Но видя это, я понимаю, почему вы хотите разобраться в деле. А остальные? Их он вычислил? [...]»

@темы: текст

00:32 

Трейлер ЯНЗ. Подросток

Earthling
«[...]Из прошедшего мимо детства Тит больше всего жалел о марафоне для младшеклассников. Том самом, вместо которого родители привели его на первые пробы. Чудесный марафон с чудесным призом - маленькой медалью, выглядящей точь-в-точь золотой. Тит бы выиграл её. Он был отличным бегуном, замечательным, он любил нестись вперёд, как ветер, и всегда обходил препятствия, у него была хорошая реакция. Именно потерю этого чувства счастья - ещё это было чувство свободы, несомненно, он не смог простить. Он дорос до того возраста, когда уже начинаешь что-то прощать родителям, а что-то не прощать; и Тит тоже взвесил своих родителей на весах справедливости и нашёл их лёгкими.
В свой четырнадцатый день рождения он с лёгким сердцем отправился к адвокату. Это обычные подростки начинают курить или убегают из дома, те, кому родители дали такое оружие, как исключительно взрослая жизнь, и действуют "по-взрослому", бьют в ответ больнее и вернее.
Всё было верно, потому он вышел от адвоката уверенным, что больше ни один марафон для него не сорвётся по чужой воле.
И был небольшой скандал, и был суд - закрытое слушанье. По окончании не было больше Тита-звезды экрана и Тита-сына своих родителей, появился совсем другой Тит, жизнь которого легла перед ним пустым листом. Он чувствовал, что теперь это действительно его собственная жизнь.
И это было совершенно верно так. Его собственная, новая, не имеющая почти ничего общего с прежней; и особое доказательство тому вот в чём. В тот же день, когда Тит принял это решение, он и стал "растением". [...]»

@темы: текст

14:25 

Трейлер ЯНЗ. Невеста

Earthling
«[...]Хочешь, я ещё немного расскажу о нём?
Впрочем, ты с самого начала был только пачкой клееных листов. Я могу озвучивать твои реплики, но не могу в самом деле верить, что ты мой друг, который готов выслушать и утешить. Я хочу снова рассказать себе самой о Стефане, но не хочу, право слово, чтобы кто-нибудь прочёл это в будущем.
Я закрою глаза и немного посижу так; я буду видеть то, что хочу. Если честно, я буду представлять себя героиней книги - она будет точной копией меня, на разве что с более гладкой кожей и шёлковыми волосами, но в остальном это буду я. Я даже не трону свои недостатки и не буду преувеличивать достоинства. Героем книги будет Стефан; тут даже не придётся что-то менять, он и так будто сошёл со страниц похожего романа. Не моего, ведь я "эксплуатирую" в этом смысле другой тип мужчин, а книги кого-нибудь из моих коллег. Наташи! Да, больше всего он похож на главного героя из Наташиных футуристических романов. Знаешь, в нашем "бизнесе" очень часто авторы помещают своих марионеток куда-нибудь в прошлое, где ещё была жива романтика и люди использовали сложные формулы вежливости и писали витиеватыми почерками. А Наташа придумала другое: она создала атмосферу нереального настоящего, которое как будто уже будущее. И Стефан - как раз кто-то из настоящего, моего настоящего, но нереального, параллельного, утерянного и, может быть, обретённого.
Дальше я помещу нас, героев ненаписанного романа, в постсюжетное пространство, в то время, которое начинается после слова "конец". Именно там происходит всё самое интересно; это время должно ничем не отличаться от обычной жизни, но обычной жизни моих фантазий - дом в пригороде… Да, это как будто уже из другого романа - об истинных жизненных ценностях, из нравоучения для молодёжи; пока большинство женщин в фантазиях представляет себя на моём месте, я представляю себя на месте "обычной" женщины. Этот пример должен показать читателям, что счастье составляют не известность, богатство и общество знаменитостей, а семейные ценности, потому так важно делать в жизни правильный выбор.
Только я не делала выбора, выбор сделал меня в этой игре. У "растений" нет ни любви, ни свободной воли, ни права выбора, у них есть только судьба и клеймо. [...]»

@темы: текст

12:21 

Трейлер ЯНЗ. Старик

Earthling
«[...]Стеклянная квартира была домом, первым домом, где мне было хорошо, где я обрёл подобие душевного покоя, но вёл безумный образ жизни. В двадцать пять лет я купил эту квартиру, а через десять лет в ней случилось то, чего не должно было случиться.

В стеклянной квартире они всё-таки нашли меня. А я нашёл выход. Алкоголь притуплял видения. Когда стеклянные стены растворялись, а мир за ними качался и вертелся, тогда синие строчки на белой коже исчезали из моей памяти. И я мог быть "им" - тем, кого они ожидали увидеть.
В стеклянной квартире я вёл богемную жизнь. Я был необычным растением с самого начала и теперь лишь подтверждал свою репутацию.
Они все любили меня, насколько можно любить вечно пьяного идола.

То, что было потом
Она подошла к стеклянной стене.
Она раскинула руки и прижалась к армированному стеклу спиной. Солнечные лучи скользили вдоль её тела.
Я видел, как по её нежной белой коже, по обнажённому телу струится узор, то пропадая, то появляясь; тысячи спутанных линий, тысячи завитков, геометрических фигур, полосок, слов - они мерцали на ней, будто она была полотном, специально созданным для этого узора.
Узора, который я должен был нарисовать.
Она пришла именно за этим. [...]»

@темы: текст

00:53 

Трейлер ЯНЗ. Многодетная семья

Earthling
«[...]Семей-"растений" не бывает, Михей и Одри Михайлчик были единственным примером.
Нет, начнём с того, что у "растений" вообще не бывает семей. Дело даже не в том, что нормальный человек с трудом уживётся с "растением", устанет терпеть приступы, дурной характер, социофобию, а иногда и манию величия, нет; не только человеческие равнодушие или неблагодарность, но и самопожертвование иногда может дать представление о бесконечности. "Растения" сами не склонны ни с кем уживаться, они не терпят никого рядом слишком долгое время. Поэтому у них почти никогда не бывает семей, и поэтому у них почти никогда не бывает детей, по крайней мере, детей, которых они бы воспитали сами.
Так что, как уже было сказано, Михей и Одри стали чуть ли не единственным, и в то же время неким образом двойным, исключением. Этот союз был странным с многих точек зрения. Странности начались ещё при первой встрече.
Будущие супруги впервые увидели друг друга почти семнадцать лет назад, когда Михей, текущая работа которого требовала дополнительной информации по истории города, пришёл на открытую лекцию в Институт культуры и архитектуры. Сведения можно было получить и из книг, причём вернее и быстрее, но Михей, за каждый приступ создававший несколько десятков тысяч слов, не любил читать книги. Точнее, он нашёл несколько "своих" авторов, творения которых мог читать, всё остальное - художественная или научная литература, газеты и журналы, даже инструкции и этикетки, вызывало у него чувство, похожее на тихую зубную боль, концентрирующуюся почему-то в районе затылка. Вдобавок к "дару" природа наделила его аллергией на напечатанные слова. Так что система образования, основанная на лекциях и дискуссиях, подходила ему как нельзя лучше.
Одри была лектором, так что правильнее было бы сказать: "Михей впервые увидел будущую супругу почти семнадцать лет назад". Он немного опоздал на начало лекции и пока пробирался на пустое место в задних рядах, стараясь не особо шуметь и никому не отдавить ногу, Одри, точнее тогда профессор Таймазова, уже начала рассказывать. Но Михей слышал не намного больше, чем те две-три первые фразы, которые он пропустил, пока искал место. Потому что ещё минут десять он слышал только голос, не разбирая, что этот голос говорит. Этой женщине он бы доверил читать речь над своей могилой, потому что не страшно уходить в вечность, если с тобой прощаются таким голосом, - вот что тогда подумал Михей. [...]»

@темы: текст

00:51 

Трейлер ЯНЗ. Пролог

Earthling
«[...]"В мою дверь трижды постучали. Я открыл и увидел призрака прошлой жизни…" В мою дверь постучали. Не трижды. Бумага дёрнулась под рукой и зашипела. Она не любила, когда что-то отвлекало её от проявления образов. По правде, я не знал, как закончить строчку, поэтому был рад, что отвлекли меня. Чужое дыхание тут же выскользнуло из моего сознания, бумага замерла и притворилась спящей, зуд в пальцах унялся.
За дверью была полиция.
Они были вежливыми и терпеливыми. Показывали фотографию незнакомого человека, утверждали, что мой номер был в его записной книжке. Действительно - мой номер. Действительно - в его записной книжке. Откуда он его взял? Придётся снова менять номера.
-Будьте осторожны.
-Я всегда осторожен. Мы все осторожны.

…Потом меня вызвали в полицию. Следователь оказался большим, "сдобным" человеком, его фигура, мягкие манеры, тихий голос усыпляли внимание подозреваемых и лгущих свидетелей. Впрочем, ко мне у него почти не было претензий.
-Вы знаете, откуда у господина Третьякова был ваш телефонный номер, ваш адрес? - спросил он, вглядываясь в стену за моим правым плечом.
Левый его глаз немного косил, всё время соскальзывая ещё дальше вбок, но правый чётко держался той точки, что располагалась точно над серединой моего плеча.
-Я очень хочу это знать, - искренне ответил я. - Хочу знать, откуда, чтобы больше не доверять тому, кто стал источником знания покойного.
-Я вас понимаю, - кивнул следователь; его взгляд сместился, теперь правый глаз смотрел мне в лицо, а левый сфокусировался на моём ухе. Я почувствовал, что ухо неумолимо начинает краснеть, наливаться жаром. Тяжёлый взгляд оказался у моего собеседника.
-На моём месте вы бы тоже прятались, - подтвердил я.
-Боюсь, что на вашем месте я бы покончил с собой, вот так, - ответил он. - Посмотрите, чьи имена и лица вам знакомы.
Он придвинул мне копию списка фамилий с телефонами и адресами на вырванном из большого блокнота листе. Этот сморщенный лист, по словам полиции, остался в руке покойного, но самого блокнота не нашли.
Через несколько минут у меня стали дрожать руки. Если бы я умел курить, то закурил бы сейчас, как в фильмах, пуская дым вниз и наблюдая за дрожанием сигареты в пальцах. У списка явно было и начало, и продолжение, кто знает, насколько длинным он был изначально. В этой его части были моя фамилия и ещё тех, кого я знал.
-Вы, как я понимаю… знаете, кто… некоторые из этих людей… - пробормотал я.
-Не некоторые, все. Все они - ваши коллеги, я знаю, но на всякий случай, - он забрал у меня список.
Лицо следователя было печально - я не заблуждался о причинах этого чувства: он подозревал, что тихое расследование подозрительного несчастного случая превращается в дело об экстремизме… и что ему, скорей всего, не дастся остаться в стороне.
-Вести такие дела - то же самое, что пытаться решать проблемы, которым сотни лет, - вырвалось у меня.
Непрошенное сочувствие - худший из человеческих поступков. Я тут же ощутил, как ровное отношение этого человека ко мне превращается в антипатию.
-Можете идти, - сказал он, и его "булочный" голос был суше, чем ветер пустыни. [...]»

@темы: текст

v. 4.0

главная